Пространство и время в структуре движения - Философское понимание мира

Из сущности изложенной концепции движения вытекает, что оно имеет пространственно-временную структуру. Какие же характеристики бытия отражаются понятиями "пространство" и "время"? Этот вопрос возник еще у античных мыслителей, но непротиворечивой теории пространства и времени нет по сей день; представления о них меняются от эпохи к эпохе. А. Эйнштейн говорил о том, что всякое коренное изменение наших представлений о мире предполагает и пересмотр нашего понимания пространства и времени.

В истории философии и в современных взглядах на эту проблему сложились две пары противоположных и в то же время взаимодополняющих концепций. Первая пара - субстанциальная и реляционная концепции, которые расходятся друг с другом по вопросу о природе пространства и времени, а также об отношении их к движению.

Субстанциальная концепция рассматривает пространство и время как всеобщие объективные и неизменные формы бытия вещей. В натурфилософии И. Ньютона пространство - это неподвижная среда, в которой совершаются перемещения тел, сохраняющих свою массу и инерцию. Это, как и у Демокрита, абсолютная пустота - однородная, проницаемая, трехмерная. Время - абсолютная длительность, имеющая одинаковую скорость и одно направление где бы то ни было. Пространство и время превращаются здесь в самостоятельные субстанции, не зависящие от материальных вещей.

Однако еще Р. Декарт, а вслед за ним Б. Спиноза, Д. Локк и некоторые другие материалисты высказывали мысль о том, что пространство и время представляют собой выражение и меру устойчивости (пространство) и изменчивости (время) вещей. И. Кант уже отказывает пространству и времени в объективности и рассматривает их как априорные формы чувственного познания. К. Маркс и Ф. Энгельс возвращают этим понятиям материалистический смысл, но только в ХХ в. под влиянием теории относительности утверждается реляционная концепция пространства и времени.

В соответствии с этой концепцией пространство и время представляют собой всеобщие формы бытия материи, но в своих конкретных проявлениях они не остаются неизменными, а зависят от свойств взаимодействующих материальных систем. Так, из теории относительности следует, что характеристики пространства и времени зависят от распределения и перемещения тяготеющих масс; в зависимости от силы тяготения меняются такие физические свойства, как кривизна пространства и скорость течения времени: чем больше сила тяготения, тем значительнее искривление пространства и тем медленнее течет время.

Более того, с реляционной точки зрения всякая материальная система располагает не только присущими ей пространственными характеристиками, но и собственным временем. Для иллюстрации можно предложить такой мысленный эксперимент. Допустим, что движение Земли вокруг Солнца ускорилось в два раза. В результате вдвое ускорилась бы смена времен года. Значит ли это, что продолжительность жизни увеличилась бы в два раза? Ответ может быть только отрицательным, потому что время выражает прежде всего изменения, внутренне присущие той или иной конкретной материальной системе.

Есть астрономическое время, выражающее движение небесных тел, и есть биологическое время, выражающее изменчивость организмов. Скорость однородных биологических процессов тоже неодинакова. У мухи - дрозофилы полный жизненный цикл занимает 90 дней, у крысы - немногим более трех лет, у человека - около 90 лет. Следовательно, "физиологические часы" дрозофилы идут в 365 раз, а крысы - в 30 раз быстрее, чем у человека. Собственное время живого существа определяется не часами, отсчитывающими астрономическое время, а скоростью обмена веществ, происходящего в организме.

Если биологическое время еще как-то соотносимо с астрономическим, то течение социального времени (времени общества) практически не поддается измерению ходом часов. Оно определяется "плотностью" происходящих событий: один год прошлого века не равен одному году нынешнего века, потому что каждая единица физического времени становится все более наполненной социальными изменениями.

Сегодня, кроме временных характеристик социальных процессов, в социологический лексикон активно вторгаются понятия, отражающие пространственные параметры этих процессов, такие как экономическое пространство, политическое пространство. К примеру, политическое пространство определено не только территориально, но и функционально: влияние власти различно на разных участках территориального пространства и кое-где может быть сведено на нет. Точно так же экономическое пространство определяется ныне не столько границами государств, сколько устойчивостью хозяйственных связей.

В свою очередь, в образовании индивидуального пространства и времени участвуют, помимо природных предпосылок, психологические и социально-культурные факторы. Так, проксемика, изучающая пространственные аспекты бытия, утверждает, что каждому индивиду присущи свои представления о границах индивидуального пространства, нарушение которых вызывает психологический дискомфорт и физиологические реакции, обеспечивающие готовность организма к самозащите: учащение сердцебиения, повышенное выделение адреналина и т. п. Что же касается возрастных границ человеческой жизни, то они еще более существенно зависят не только от морфофизиологических факторов, но и от социальных условий жизни, ее эмоционально-психологической насыщенности и т. д.

Не случайно средняя продолжительность жизни населения считается важнейшим показателем уровня социального благополучия. Радость и другие положительные эмоции создают ощущение ускоренного течения времени, и наоборот: страх, томительное ожидание, тревога и прочие отрицательные эмоции его замедляют. В силу изменчивости условий жизни и собственных состояний субъекта индивидуальное время само по себе течет неравномерно, но его течение можно еще и регулировать сознательно: время, как известно, можно "тянуть", его можно "экономить" и даже "убивать". Умение целесообразно, рационально распоряжаться своим временем - одно из достоинств культурного человека. Эти "житейские" выводы логически вытекают из реляционной концепции времени.

Философские же выводы из этой концепции могут быть сведены к следующему. "Пространство" и "время" - понятия, производные от понятия "движение". Пространство выражает момент устойчивости в процессах движения. Его сущность выводится из факта структурности и "оформленности" материального бытия. Пространство характеризует структурное соотношение, сосуществование, "соседство" материальных образований друг с другом в процессах внутреннего и внешнего взаимодействия. Пространственная граница делает конечным непосредственное существование предмета, обеспечивая, вместе с тем, его сосуществование с другими предметами и бесконечность его опосредствованного бытия.

В свою очередь, время выражает изменчивость бытия вещей, их "событийный" характер. Сущность времени выводится из последовательной смены одних событий другими. Время характеризует соотношение одних событий с другими, предшествующими или последующими. Это - отношение смены состояний предметов, следования событий друг за другом. Временная граница, подобно пространственной, прекращает существование явления, обеспечивая его продолжение в последующих явлениях, делая его причастным к вечности. Пространство - это отношение вещи к другим вещам, время - это отношение вещи к самой себе.

Отсюда следует принцип единства пространства и времени как противоположных структурных характеристик единого процесса движения материи. Пространство и время образуют единый пространственновременной континуум. Всякое изменение свойств пространства сопряжено с соответствующими изменениями свойств времени и наоборот. С этой точки зрения пространство и время могут определяться одно по отношению к другому: пространство - это многообразие мира в определенный момент времени, а время - это многообразие мира в определенной точке пространства. Поэтому же пространство может измеряться в единицах времени ("до следующей станции два часа пути"), а время - в единицах пространства (такова угловая мера времени на стрелочных часах). Реляционная концепция дает сегодня наиболее глубокое представление о способе существования материи в форме пространственно-временных отношений.

Другая пара концепций отражает различные точки зрения на отношение пространства и времени к процессу развития. Это динамическая и статическая концепции (модели) пространства-времени, тоже имеющие длительную предысторию в развитии философской мысли. Объективно ли временное разделение событий на прошлое, настоящее и будущее? Как совершается переход от прошлого к будущему? В чем заключается течение времени? Все эти вопросы, сформулированные еще Августином Блаженным, осмысливаются в рамках названных концепций.

У истоков статической концепции пространства-времени стояли древнегреческие философы элейской школы (Парменид, Зенон), которые считали возникновение, становление и исчезновение иллюзиями нашего сознания. Тысячелетие спустя Августин видел во времени форму проявления вечности: настоящее существует в созерцании (и в этом смысле существует только оно), но и прошлое существует - в памяти, и будущее тоже существует - в уповании, в надежде. Прошлое и будущее могут переживаться точно так же, как настоящее. Позднее Декарт, размышляя над природой пространства и времени, рассматривал их как объективные свойства предметов, сведя их определения к протяженности и длительности. В результате пространственно-временные отношения надолго ассоциировались с отношениями типа "короче-длиннее" и "раньше-позже", не имеющими связи со становлением и развитием.

Современная трактовка статической модели пространства-времени носит более экзотический характер. Она относится к так называемому "миру Минковского" (по имени немецкого математика Г. Минковского), где пространство и время предстают как единый четырехмерный континуум, в котором множество пространств расположено в различных участках оси времени - в прошлом, настоящем, будущем. В этом мире события всех модусов времени (прошлого, настоящего и будущего) обладают одинаково реальным бытием и в этом смысле существуют одновременно. Что же касается становления и исчезновения, то они объективно не существуют. Так, при движении киноленты прошедшие кадры не исчезают с нее, а еще не появившиеся существуют столь же реально, как и видимые на экране.

В таком мире (если он существует не только в возможности) жизнь каждого из нас была бы навечно вплетена в ткань пространства-времени, в котором все предопределено, где нет свободного действия, где над каждым властвует судьба. Таков "экзистенциальный" вывод из статической концепции пространства-времени. Это разновидность фатализма - мировоззрения, утверждающего однозначную предопределенность всех событий. Есть теологический фатализм, связывающий эту предопределенность с существованием бога. Однако существование бога доказать невозможно, в него можно только верить. Между тем статическая концепция пространства-времени обосновывает реальную возможность существования такого мира, где можно "путешествовать" не только по всем осям пространства, но и по оси времени, т. е. из настоящего - не только в будущее, но и в прошлое. Здесь пространство и время одинаково обратимы, асимметрия времени отсутствует: оно может двигаться вспять. Но путешествие из прошлого в будущее (и обратно) всегда совершается по одной и той же траектории, ибо в этом мире нет становления, нет развития, здесь ничто не возникает вновь и не исчезает навсегда.

Противоположная статической динамическая концепция рассматривает образование пространства и течение времени как становление. Из нее следует, что статусом реального пространственно-временного бытия обладают только события настоящего. События прошлого этим статусом уже не обладают, события будущего - еще не обладают. При этом момент настоящего определяется субъектом - наблюдателем, который выступает в качестве "точки отсчета". Только настоящее, писал об этом еще в XVII в. Т. Гоббс, имеет бытие в природе, прошлое имеет бытие лишь в памяти, а будущее не имеет никакого бытия.

Так ли это? Ведь прошлое продолжается, "живет" в настоящем в виде "следов": настоящее порождается прошлым, является его следствием. Будущее, в свою очередь, "представлено" в настоящем в виде предпосылок и тенденций, как возможность. В этом свете темпоральный смысл развития предстает как переход от прошлого к будущему, о чем догадывался еще в древности Гераклит. А основной проблемой динамической концеп-

Ции пространства-времени выступает проблема асимметрии времени - проблема "стрелы времени", направленной от прошлого к будущему. Чем объясняется однонаправленность времени? Возможно ли убедительное обоснование "стрелы времени"? У нас нет ответа на эти вопросы.

Переживание времени трагично, потому что оно сопряжено с сознанием неизбежности наступления смерти. В этом переживании время предстает как форма перехода бытия в небытие. Настоящее каждое мгновение стремится в прошлое, оно неуловимо, оно - точка постоянно исчезающая. Будущее мгновенно переходит через эту точку в прошлое. Все сущее стремится в небытие, - с этой точки зрения, гераклитовский огонь, всепожирающий, отрицающий бытие, представляет собой образ времени.

На этом свойстве времени фиксирует внимание экзистенциалистская философия. Для М. Хайдеггера глубочайшая суть человеческого бытия - его отношение к небытию, к смерти, его конечность, временность. Однако время, говорит американский философ-экзистенциалист П. Тиллих, не только отчаяние, но и надежда, тайна: оно непостижимым образом все поглощает и столь же непостижимо все содержит и представляет вечность, питая человеческие надежды. Английский философ-неогегельянец Д. Коллингвуд подчеркивает еще более определенно: временность и вечность необходимы друг для друга.

Динамическая концепция времени, представленная в ХХ в. такими именами, как А. Бергсон, О. Шпенглер, П. Тейяр де Шарден, В. И. Вернадский, утверждает, что время есть непрерывный процесс становления, творчества нового, локализованного в определенных пространственных границах и постоянно преодолевающего эти границы. Настоящее есть не только реализация одних возможностей, неизбежно уходящая в прошлое, но и порождение духовных возможностей, реализуемых в новом настоящем. По Бергсону, переход к будущему - это поток становления, переживаемый субъектом. Интуитивное проникновение в будущее есть предвидение, которое представляет собой начало действия, направленного на созидание, на творчество нового. Для Вернадского время - это проявление мирового творческого процесса.

Динамическая концепция пространства и времени является одним из оснований принципа универсального эволюционизма в понимании мира. Суть его состоит в том, что все процессы во Вселенной идут в направлении восходящего, прогрессивного развития, следовательно, способом бытия материи является развитие. Универсальный эволюционизм стал парадигмой современной науки, что достаточно определенно выражено в новейших идеях синергетики - науки о самоорганизующихся системах, где существование выступает как непрерывное спонтанное возникновение, становление (Г. Хакен, И. Р. Пригожин, Н. Н. Моисеев).

Между тем существуют и иные представления об эволюции Вселенной, опирающиеся на синтез статической и динамической концепций пространства и времени. Согласно этим представлениям течение времени имеет два фундаментальных определения: необратимость и ритмичность. Следовательно, эволюция включает в себя не только становление нового, но и периодическое повторение пройденного.

Космологическим обоснованием такого взгляда на эволюцию выступает модель "пульсирующей", или "осциллирующей" Вселенной. Эта модель представляет первоначальное состояние Вселенной либо как физический вакуум (что-то вроде "абсолютного ничто"), либо как "сингулярность", т. е. точечное материальное образование с бесконечным гравитационным потенциалом, не имеющее пространственно-временных параметров. В результате взрыва этой "точки" около 13 млрд. лет назад возникла наша Вселенная (впрочем, возможно, что не только она, а бесчисленное множество вселенных, не взаимодействующих друг с другом), которая в первые мгновения своей истории представляла собой многомерное пространственно-временное образование (10-11 измерений); в дальнейшем она расширялась в трех пространственных измерениях (в остальных измерениях произошло сжатие) и постепенно приобрела современную звездно-галактическую структуру.

Однако первоначальный взрыв - это не единичный "акт творения". Достигнув некоторой критической плотности вещества и соответствующих ей максимальных размеров, Вселенная будет сжиматься, коллапсировать до первоначального состояния. Отсюда взгляд на эволюцию Вселенной как бесконечную "пульсацию", т. е. ритмичную смену расширений и сжатий. Но это значит, что пространственно-временные характеристики процессов, протекающих во Вселенной, меняются в зависимости от фазы цикла, которую она проходит. В частности, с переходом от расширения к сжатию направление времени меняется на противоположное. К тому же, возможно, эти направления времени (от прошлого к будущему и от будущего к прошлому) пространственно локализованы в границах определенных материальных объектов.

В свете этой космологической гипотезы (которая убедительно подтверждается современной астрофизикой) статическая и динамическая концепции пространства-времени представляются взаимодополнительными. В зависимости от того, какая из них займет более прочное положение в мировоззрении индивида, его жизненной доминантой станет либо покорность судьбе, либо творческое дерзание. Во всяком случае, надо всегдапомнить, что в реальном бытии индивида многое действительно предопределено (божественным ли промыслом, наследственностью, социальной средой - об этом судят по-разному), но предопределено не фатально: столь же многое здесь определяется сознательным выбором, творческой энергией и другими качествами субъекта.

Похожие статьи




Пространство и время в структуре движения - Философское понимание мира

Предыдущая | Следующая